О пользе вредных советов

Когда у ребенка наступает период формирования личности (в 2-3 года в среднем), он начинает яростно сопротивляться любым нашим полезным советам. Характер, конечно, у всех разный: один иногда говорит «не буду», а другой просто яростно делает все, что запрещают и категорически не соглашается ни на что, что надо. Раздражаться тут бесполезно, пытаться жестко гнуть свою линию – не сильно здорово: мы же хотим, чтобы ребенок личностью стал, значит, нужно давать право выбора. Как же при этом убедить «делать хорошо и не делать плохо»? Рецептов у каждых родителей, думаю, много, сейчас коснусь одного только – вредных советов.

Книжка Остера, пожалуй, на более взрослых детей рассчитана, но сама идея гениальная просто. И чем больше ребенок склонен к протесту, тем лучше она работает. Причем это не манипуляция и не обман: даже самые маленькие дети прекрасно понимают, где шутка, а где всерьез. Но через шутку им гораздо приятнее (да и нам, взрослым, согласитесь, тоже).

Вот, сидим мы в кафе с подругой и детьми нашими. Подруга про дочку свою: «Она длинные волосы то хочет, только, вот, расчесывать их не любит». Ну, идеальная же ситуация для «вредного совета». Дочка подруги явно ждет и от меня скучных нотаций, а я ей нарочито игриво: «А мы, вот, Никитоса стрижем машинкой почти на лысо! Так удобно! И можно вообще не причесываться! И мыть удобно! Знаешь, как здорово?! Попроси маму тоже тебя так подстричь!». У девочки в глазах сначала некоторое непонимание (почему вместо нотации улыбка и шутка), а потом некоторая перезагрузка. Видно, что еще чуть, и она начнет доказывать, что хочет только длинные волосы, и что даже готова причесываться. Но мама, к сожалению, не выдерживает (а подмигнуть ей момента нет): «Не-ет!! Короткие волосы – это для мальчиков хорошо! А она же девочка!!» Всё, момент потерян, увы.

Я маму прекрасно понимаю: а вдруг, дочка, правда, скажет, что готова на лысо подстричься? Но девочка то хочет длинные волосы. Значит, будет отстаивать свою позицию тем сильнее, чем больше аргументов я стану приводить в пользу коротких стрижек. И если я начну убеждать ее, что так удобно не причесываться, через пять минут она уже будет уверена, что причесываться обожает.

В силу вредных советов сложно поверить, пока не попробуешь. А работают они идеально, и практически всегда. Достаточно самих себя даже вспомнить: что нам хочется сделать, когда слышим очередной «полезный совет» наших старших родственников, бабулечек на улице и женщин, стоящих рядом в магазине? Правильно-правильно, рассказать им, куда им с этим самым советом лучше проследовать. Мы даже ценность совета не анализируем в этот момент, такова уж природа человека. Как говорил Оскар Уайлд: «Полезные советы я всегда передаю другим. Больше с ними делать нечего». Наши дети делают точно так же: они потом еще много раз дадут услышанные от нас наставления своим куклам, мишкам, да и нам самим, но исполнить их сразу вряд ли захотят.

Есть у нас с Никитосом такая игра: я его хватаю и говорю, съем! А он: «А как же я тогда буду на велосипеде кататься, в мячик играть?» Дела могут быть перечислены любые. Игра возникла как-то сама собой. Я на это ему отвечаю с очень наигранным сожалением: «Э-эх, да что ж такой ребенок то деловой?! Вот, был бы бездельником, давно бы уже съела! А так не получится ведь!».
Из этой игры ребенок делает два важных вывода: 1) быть деловым гораздо лучше, чем лентяем, 2) он деловой, а не лентяй. И когда однажды он отказался что-то сделать, а бабушка ему сказала: «Ой, какой ты лентяй!», он уверенно ответил: «Я не лентяй, я деловой!». Такие установки для детей очень важны: маленький человек думает о себе то, что говорят о нем взрослые. И прикладывает все усилия, чтобы именно таким и стать. Нам, родителям, это вообще всегда помнить полезно.

Впрочем, про навешивание ярлыков, языковые фреймы, явление интроекции и гипотезу лингвистической относительности я в другом посте расскажу – уж очень серьезная и большая тема :)