«Тамифлю» оказался токсичен для «большой фармы»

Домашний Ребёнок
Для авторов журнала дом – это маленькая Вселенная, символ независимости, творческой свободы, самосовершенствования и простого человеческого счастья.

Untitled-1.jpg

карикатура о «клинических исследованиях»: idrawsometimes

Журнал «Домашний ребёнок» уже писал о препарате «Тамифлю», который преподносится как одно из самых лучших средств против гриппа, хотя обоснованные сомнения в его эффективности и безопасности высказываются уже довольно давно. Развитие ситуации вокруг препарата выявило побочный эффект, которого никто не ожидал. Он очень неприятен для фирмы Roche и «большой фармы» в целом, но может обернуться благом для общества.

 

Первые симптомы

В начале апреля 2014 года международная некоммерческая организация Cochrane Collaboration (Кокрейноское сотрудничество), самая авторитетная в вопросах изучения и проверки применяемых в медицинской практике методов и препаратов, опубликовала очередное дополнение к своему докладу о «Тамифлю». Изначальный доклад 2005–2006 года содержал выводы, что, лабораторные и клинические испытание осельтамивира (ингибитор нейраминидазы, активное вещество препарата «Тамифлю») подтверждают его эффективность против вируса гриппа H1N1, хотя, возможно, и не такую мощную, как утверждает производитель, швейцарский фармацевтический концерн Roche.

Всё шло просто отлично. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) официально рекомендовала препарат для применения. Напуганные пандемией птичьего и свиного гриппа правительства стали делать стратегические запасы «Тамифлю», тратя на них миллиарды долларов. В 2008 году было опубликована обновленная версия доклада Cochrane Collaboration примерно с теми же выводами, что и раньше. Беда пришла откуда не ждали — из Японии, страны, являвшейся одним из основных потребителей препарата.

В июле 2009 года японский педиатр Кеидзи Хаяши оставил в форуме под обсуждением доклада комментарий, в котором критиковал авторов за упущения при его подготовке. Доктор Хаяши обращал внимание, что в научной литературе публиковались подробные данные только 2 из 10 клинических испытаний препарата. Остальные 8 были представлены в поверхностном изложении. Анализ этих данных был сделан группой под руководством некоего доктора Лаурента Кайзера, состоявшей из четырёх сотрудников концерна Roche и одного оплаченного им консультанта. Их анализ и послужил фактически единственным источником положительного заключения об эффективности «Тамифлю».

 

Уточняем диагноз

Покаявшись в излишней доверчивости и признав упущения, руководитель кокрейновского отдела респираторных заболеваний доктор Томас Джефферсон решил взяться за исправление ошибок всерьёз и докопаться до истины в истории с «Тамифлю».

Первым делом он попытался выяснить обстоятельства дела у участников группы Кайзера, но те ответили, что не располагают исходными данными, смутно припоминают обстоятельства дела и рекомендуют обращаться прямо в Roche. Там поначалу соглашались предоставить материалы испытаний только частично и только при условии подписания кокрейновцами секретного договора: сведения о методах и результатах испытаний разглашать нельзя, содержание договора разглашать нельзя, само существование договора разглашать нельзя. На это в Cochrane Collaboration, конечно, согласиться не могли — речь шла о препарате, который принимают сотни тысяч человек по всему миру, и на который правительства тратят миллиарды!

Довольно долго Roche тянул время и под различными предлогами отказывался предоставить материалы испытаний. Но и без доступа к ним кокрейновцам удалось собрать массив разрозненных фактов, который пусть не давал окончательного ответа на вопрос о пользе или вреде «Тамифлю», но становился весомым аргументом, чтобы «большая фарма» начала давать ответы по существу.

К числу явных нестыковок можно отнести, например, то, что у разрешительных органов разных стран мнения об эффективности осельтамивира существенно разнились. Так, Американская администрация по контролю за медикаментами и пищевыми продуктами считала, что препарат не эффективен в отношении таких осложнений гриппа как пневмония. Европейская фармацевтическая комиссия считала, что положительный эффект есть, а  у японских разрешительных органов на этот счёт не было никаких сведений вообще. Это могло свидетельствовать только о том, что либо властям разных стран производитель предоставлял разные данные, либо эти данные были настолько расплывчаты, что давали волю толкованиям.

Появлялось всё больше сомнений в методиках, использованных в клинических испытаниях. Например, есть «двойные слепые» испытания, когда ни  врач, ни больной не знают, получает пациент плацебо или активный препарат. Но при испытании «Тамифлю» эти два вида таблеток были каждый своего цвета.

Ещё более странный факт. Почти во всех испытаниях «Тамифлю» случаи пневмонии никак не подтверждались. Можно было бы ожидать найти свидетельства о проведении стандартной диагностики, рентгеновских исследований, например. Но нет, диагноз «пневмония» больные, участвовавшие в испытаниях, ставили, в основном, себе сами, но он тем не менее заносился в статистику.

В Японии стали вызывать тревогу частые сообщения о том, что при приёме «Тамифлю» у подростков развивалась депрессия. Были зафиксированы несколько случаев суицида среди принимающих препарат молодых пациентов. Хотя причинно-следственная связь не была доказана, японские власти запретили назначать «Тамифлю» подросткам.

 

Начинаем лечение

Поняв, что давление Cochrane Collaboration не ослабевает, а пресса продолжает задавать неприятные вопросы и в отсутствие внятных ответов самостоятельно делает нелицеприятные выводы, Roche был вынужден пойти на уступки и предъявить часть отчётов о клинических испытаниях. Одновременно концерн начал выдвигать обвинения в предвзятости кокрейновцев. Впрочем, они не произвели эффекта на академическую общественность, которая считала и считает, что доказать ценность научной разработки можно только предъявив её на открытое рассмотрение и обсуждение. Привилегии самому выбирать, какие результаты показывать, а какие скрывать, быть не должно.

Другой аргумент Roche, сводится к тому, что принимать решение о достоинствах и недостатках медицинских препаратов — дело не учёных, а регулирующих органов. Но сегодня не работает и он. Медленно, со скрипом, но медицинская отрасль начала разворот от «высокомерной медицины», где не принято сомневаться в правоте авторитета, к медицине доказательной, где необходимо подкреплять данными каждое утверждение и быть открытым для общественного контроля.

Очень важно, что история с «Тамифлю» (или даже «сага о Тамифлю», как именует её теперь европейская пресса) стала одной из многих, которые помогли увидеть не только серьёзные внутренние проблемы фармацевтической отрасли. Она ещё раз показала, что государственные регулирующие органы могут быть неэффективны. Опасные и бесполезные медицинские препараты «выявляют врачи и учёные, а вовсе не чиновники,пишет Бен Голдэйкр, медицинский колумнист The Guardian. — И дело не в коррумпированности или некомпетентности. Они не замечают сигналов опасности в отчётах о клинических испытаниях, потому что при решении любой трудной задачи лучше, если на неё смотрит много глаз».

Битва вокруг «Тамифлю» привела по крайней мере к одному положительному результату. Медицинское сообщество — практики, учёные, регулирующие государственные органы — осознали, что решение об одобрении препаратов, о выделении многомиллиардных бюджетов на их закупку не может основываться только на выборочных данных, представленных производителем. Данные должны быть полными и прозрачными, к лабораторным и клиническим испытаниям препаратов нужно привлекать независимых специалистов, а их методика должна быть стандартизирована. С этим сегодня соглашаются (по крайней мере на словах) и Roche, и другие фармацевтические корпорации.

Таким образом «побочным эффектом» истории с «Тамифлю», который вызвал сильную изжогу у «большой фармы», стало изменение отношений между производителями медикаментов и их потребителями на всех уровнях — от государственных ведомств и врачей до пациентов. Хочется надеяться, что процесс не остановится и отрасль будет становиться более открытой и честной со своими партнерами и потребителями не только в Европе и США, но и остальных странах, включая Россию.

 

Ну а что же «Тамифлю» — работает ли он, опасен или нет? В недавнем интервью Питер Доши, профессор университета штата Мэриленд и один из руководителей группы Cochrane Collaboration: «Мы не уверены, что осельтамивир («Тамифлю») имеет преимущества над дешёвыми безрецептурными препаратами типа аспирина».

Подробно с выводами Cochrane Collaboration можно ознакомится в опубликованном на сайте организации отчёте. Если совсем коротко, то положительного эффекта от применения «Тамифлю», связанного с сокращением требующих госпитализации случаев, с предотвращением развития опасных осложнений не выявлено. Есть данные о том, что прием препарата сокращает течение болезни… на половину суток. Что касается профилактики, препарат помогает снять симптомы гриппа, но не предотвращает передачи инфекции при бессимптомном течении болезни. И всё это ценой побочных эффектов, среди которых чаще прочих развиваются тошнота и рвота, головная боль и нарушения психики.

Forsythia suspensa Vahl

иллюстрация: luirig.altervista.org

Дискуссия ещё не окончена. Компания Roche оспаривает выводы доклада Cochrane Collaboration и намерена доказать достоинства своего продукта. Но даже если им это удастся, мы не можем ждать. Грипп это опасная инфекция, которая в периоды ежегодных эпидемий уносит от четверти до полумиллиона жизней. Зная это, лучше иметь под рукой для борьбы с ней что-нибудь эффективной и не токсичное. В поисках такого средства нам может помочь другой обзор Cochrane Collaboration. В нём рассматривается эффективность трав, применяемых в традиционной китайской медицине при простуде и гриппе. Отмечается, что все 19 рассмотренных растительных препаратов демонстрируют эффективность на уровне или лучше ведущих противогриппозных средств, хотя только два из них испытаны в соответствии с должными стандартами. Учёные изучали действие следующих трав: хауттюйния сердцевидная — (Houttuynia cordata), форзиция свисающая (Forsythia suspensa Vahl), жимолость японская (Lonicera japonica Thunb.), вайда индиговая (Isatis indigotica Fort.), астрагал перепончатый (Astragalus membranaceus (Fisch) Bunge), копеечник (а именно, вид Hedysarum polybotrys Hand.-Mazz.), солодка уральская (Glycyrrhiza uralensis Fisher) и др.

 

По материалам Cochrane Collaboration, BMJ (British Medical Journal), New Scientist, Forbes, The Guardian, BBC  и др.

Также рекомендуем посмотреть интересную лекцию, прочитанную на TED:
«Что неизвестно врачам о препаратах, которые они назначают»



← Назад к списку новостей