Димитровград: отобрали ребенка

главный редактор журнала "Домашний ребенок" и президент МОО "МАМА"

Стенограмма записи

— На следующий день после рождения муж пошёл в ЗАГС и там сказали, что нужно справку педиатра о живности и от гинеколога справку. Хотя потом в ЗАГСе выяснилось, что от гинеколога необязательно. Но самая важная – это вот о живности справка и 2 свидетеля. Так как мы рожали дома, нужно было 2 свидетеля.

К гинекологу мы пошли на 3-й день. На меня посмотрели совершенно дикими глазами, потому что я сказала, что мы родились дома, мне нужен медосмотр и справка. На меня посмотрели так, будто я просто с другой планеты, ну, в общем, из сумасшедшего дома пришла. Причём мы зашли с ребёночком, очень довольные жизнью.

Осмотр меня, это, видимо, было очень криминально. Врач не мог осмотреть, обязательно нужен был свидетель, то есть как минимум 3 человека. Вот они меня втроём осматривали. Сказали, справку мы вам не дадим, вам надо в роддом идти. Там, типа, все справки дают. И вообще вам надо было сразу ехать в роддом, как только родили, и там уже был бы осмотр и все справки. Я решила, ну ладно, если здесь не получается, то хотя бы педиатра вызову. Придёт педиатр на дом и даст справочку.

Отец ребёнка собирался в командировку, в этот день он уехал. То есть это был 4-й день. Пришёл дежурный педиатр из детской поликлиники. Её звали Янушкевич, это была дежурный педиатр. Она прошла в комнату. Ну, в принципе, она помыла руки, но обувь она не снимала. Она сразу сказала, так, я требую, закрывайте окна. Потом она ужаснулась тому, что у нас кровать в виде матраса на полу. Мы только на 2 месяца сняли эту квартиру, без мебели. Если б была кровать, мы, конечно, бы её использовали. В общем-то, осмотр ей понравился, ребёночек хорошо выглядел. Она не проверяла рефлексов, просто сказала, что доложит заведующей о том, что она увидела. Я ей сказала, что мне вообще осмотр не нужен, мне нужна только справка о живности, о том, что ребёнок жив. Больше ничего не надо. Она говорит, я вам ничего такого дать не могу. Это вам к заведующей, я ей доложу.

В понедельник, то есть через день, пришла участковый врач. В этот день ребёнку было 6 дней. Она его осмотрела более тщательно, прослушала лёгкие, сердце, рефлекс посмотрела, посмотрела как он сосёт, попугала прививками, то, что надо обязательно делать прививки. Выслушала нас как мы рожали, где, почему. Все наши фамилии записала, опять же сказала, что доложит заведующей.

— А отказаться от их визитов ты не хотела?

— Хотела, конечно. Просто для этого надо было придти к заведующей, а я всё никак не могла к ней придти, потому что была отличная погода, мы ходили на озеро, отдыхали, и было совершенно не до заведующей. Я не спешила регистрировать прямо моментально, я хотела дождаться отца своего ребёнка, чтобы мы уже вместе пошли зарегистрировали ребёнка уже через месяц. Ещё имя хотели придумывать подольше.

А в среду опять пришла медсестра и спросила, не завела ли я карточку. Я сказала, что нет. Вот до этого они хотели, чтобы во вторник я пришла к заведующей в 8 утра. Ну что я побегу сейчас куда-то там в 8 утра? Это в 6 утра вставать. Мы спали спокойно, никуда не побежали, естественно. И когда в среду пришла медсестра, она спросила почему меня не было у заведующей, почему я до сих пор не завела карточку. Измерила ребёнка, сказала приходить на следующий день, что они его взвесят и заведут карточку.

В пятницу врач пришла, смотрела горло. Говорит, у него герпес в горле. Я говорю, он чуть подкашливает. Она на это не среагировала, сказала, что завтра придёт дежурный врач, осмотрит вас. Свечи выписала. Вставляйте ему свечи 2 раза в день.

На следующий день пришла дежурный врач. Она его прослушала, в принципе, и довольно категорично: «Ну, у вас бронхит. Его надо срочно госпитализировать. Сейчас я вызову скорую». Я говорю, что не собираюсь госпитализироваться, собираюсь дома его лечить. И сразу начала выписывать антибиотики. Я говорю, кроме антибиотиков есть ещё какие-нибудь способы лечения? Она говорит, нет, только антибиотики. Я говорю, ну, может растирания какие-нибудь? «Нет, таким маленьким детям растирания нельзя». «А антибиотики таким можно, да?» Она промолчала. Вернулась через полчаса, говорит, я вам полегче антибиотики выпишу — ампициллин. Я говорю, ну вообще-то у меня на пенициллин реакция. «Ну, тогда надо делать обследование».

Я написала расписочку на какой-то бумаге, что я отказываюсь госпитализироваться. Пока выписывала, зашла милиция. У нас дверь была открыта видимо. Они просто зашли, смотрят — мой ребёнок голый. И как раз пришла моя подруга, мы уже занимались ребёнком, гимнастикой, он был голенький на тот момент. Мы на них смотрим: «Вы кто?» «Мы милиция, отдел по делам несовершеннолетних. У нас поступил звонок, что вот тут находится в опасном положении несовершеннолетний и его отказываются госпитализировать. И мы должны ответить на этот запрос. Поэтому мы пришли». Начали нас опрашивать долго. Документов я не спросила, но они в форме были. Я поверила. На улице их ждала машина, периодически заходили мужчины. Зашли 3 женщины, а ещё приходило двое мужчин: ну что вы там долго? Потому что она очень долго писала объяснительные с наших слов. Мы ей рассказывали, что так и так, мы приехали, родили здесь и вот живём. Она всё очень долго писала. Они просто были ошарашены, потому что никогда не сталкивались с тем, что ребёнок может спать не отдельно в кроватке, а вместе с матерью на матрасе. Что окно открыто, что ребёнок раздет. Это был ужас по их мнению. Ну и то, что дома рожали тоже. Всё это выходило за рамки.

Дальше было воскресенье. В воскресенье тоже приходила милиция, но я не открыла. Постучали в дверь вначале, потом сели в машину. Ну, кто может быть в машине? Скорая вряд ли приедет, скорее всего милиция. Хорошо, что не открыла. Потом ушла гулять. Ещё медсестра приходила, тоже записочку оставила.

В понедельник утром позвонили мне на мобильный из милиции. «Ты где находишься?» «Я вообще то дома». «Вот сиди дома, никуда не уходи, мы сейчас придём». Я думаю, надо уходить. Но почему то не спешила уходить и дождалась их. Я сидела на балконе, ребёнок был в полотенце. На солнышке мы там загорали. Они подъехали на машине, снизу мне кричат: «Лен, давай двери открывай».

Я настолько уверена была, что всё замечательно. Я ж не преступаю закон. Всё классно. Я вот так вот решила, что не в роддоме, например, а самостоятельно родить. Но я же не преступаю закон. Вот родился ребёнок, здоровый, хороший. Я его воспитываю, собираюсь зарегистрировать, ну, не спешу, например. Я всё делаю хорошо. Может поэтому я открыла милиции, потому что я совершенно была уверена в своих правах.

Они зашли. «Так, собирайся, давай госпитализироваться или мы отбираем ребёнка». Сразу с порога так. В грязной обуви прошли. Потом одна женщина начала просто орать на меня. Начали говорить, вы что дианетики? Я говорю, что даже не знаю что такое дианетики. «Какой кошмар! Ребёнок в таких условиях». Условия все те же — матрасы на полу, ребёнок у меня на руках. Потом они закрыли окна. За моей спиной встала женщина, чтоб я не открыла обратно окна. «Давай, собирайся. Всё, идём». В результате всего этого давления я говорю, что собираюсь к заведующей за справкой сегодня как раз. «Ну, хорошо, поехали к заведующей», — они мне говорят. Думаю, видимо от них не отвязаться. Там ещё зашли мужчины. «Так, собирайся. Сейчас будем отнимать ребёнка». Думаю, надо ехать.

— Они какие-то документы показали?
— Нет, документы тоже не показали.

— А у тебя они изначально паспорт посмотрели?
— Они просили дать уже в кабинете заведующей. Я просто была напугана. Говорила, не буду я вам ничего давать. У меня была обменная карта и паспорт. Более спокойная обстановка будет, будем нормально разговаривать, тогда дам обменную карту и паспорт.
Пришлось с ними поехать к заведующей. Заведующая была очень вежливая. Вежливо говорила: «Понимаешь, нужно обследование». Я говорила, да, я всё понимаю ему нужно обследование. Но почему ему надо обязательно ложиться в больницу. Если надо обследование, я приду, обследуюсь, но ночевать я буду дома. Видимо, поняв, что госпитализироваться я не собираюсь, они просто начали отбирать ребёнка. Я сидела в кресле и четверо вот этих женщин из милиции набросились на меня. Я их начала пинать по-всякому. Но они видят, что с трудом удастся отобрать. Я говорю заведующей, давайте с вами поговорим нормально по поводу всего. Зачем вы так делаете? «Ну, давай сделаем ещё один осмотр ребёнка. Ты его пока покорми. Сейчас мы его ещё осмотрим». Ушла куда-то. Я попыталась его кормить, но он был сытый. Потом она вызвала милицию, но они пришли уже позже — двое мужчин с автоматами.

— Почему она их вызвала? В какой момент это произошло?
— Мне кажется, она вызвали их как раз после первого сопротивления. Она может быть вышла как раз в коридор вызвала. Но не при мне. Может быть милиция вызвала. Я не знаю кто вызвал.
Потом она вернулась с мужчиной, с доктором (с трубочкой этой и в очочках). И они говорят, положи ребёночка на стол. Сейчас мы его обслушаем. Сама зайди за стол. Все окружили этот стол и потом просто взяли, завернули ребёнка в пелёнку и унесли. Когда я говорю, куда это вы его уносите? Они просто не пустили меня, удержали. «Всё. Ребёнок в больнице. Всё хорошо. Вот тебе адрес милиции. Ты приходи к нам теперь». Заведующая говорит, езжай на такую-то улицу, там тебя ждут. Всё вопрос закончен. Все женщины ушли, из милиции которые были. Заведующая начала заниматься своими делами и как бы всё нормально, всё хорошо.

Я вышла из этой детской поликлиники. Незнакомый город и я не знаю вообще куда идти, какая это больница. Какой-то адрес мне сказали. Тут как раз пришли мои друзья. Сначала подруга, они тоже рожали дома, поэтому эта ситуация им близка. Потом ещё её друг пришёл. Мы сначала с подругой зашли к заведующей. Она не пожелала разговаривать. Потом ещё втроём зашли вот с этим другом. Она сказала, что моя ситуация настолько вообще ужасна, что забрать ребёнка это было нормально. Условия проживания просто ужасные.

И потом уже мы стали ездить по всем этим больницам. Сначала поехали в больницу. Нас оттуда отослали в опеку. Оттуда нас отослали в отдел по делам несовершеннолетних. В отделе по делам несовершеннолетних сидели как раз все эти чудесные женщины, которые продолжили давить на меня. «Мы не можем тебя госпитализировать, ты ведёшь себя грубо. Так же будешь себя и в больнице вести. Зачем нам это делать?»

— Ты пыталась им что-то сказать?
— Ну, конечно. Ребёнок на грудном вскармливании. Как его можно вообще без матери оставлять? «Ничего, его там подлечат. Без тебя всё будет замечательно. Не волнуйся. Отдыхай».
На третий день, когда нам, наконец, удалось попасть в опеку, там была женщина, которая нами занялась. Мы ей сказали, что уже 3-й день ребёнок без матери находится и без молока. Она говорит, у него отличные там смеси. «Но вы понимаете, молоко матери не заменить». «На смесях он поправляется, а на вашем грудном молоке он заболел. Что вы носитесь со своей грудью? Нормально там, хорошо и без вас».

Мы пошли в ЗАГС, нам говорят, нужна справка о живности. Мы говорим, по закону не нужна никакая справка. Она: я ничего не знаю. Начала возмущаться. «Нужна справка и всё. Без неё ничего не буду делать». Мы пошли опять же к этой заведующей детской поликлиникой, которая забрала ребёнка. Она дала выписку из протокола, что был осмотрен ребёнок. Но ни фамилии ребёнка, ни фамилии матери там ничего не было написано. Поэтому в ЗАГСе такую выписку не приняли, хотя она сказала в ЗАГСе, приходите, будет у нас тут главный в четверг и он может быть вам зарегистрирует без справки, но я вот не могу этого делать.

Когда мы пошли к заведующей, мол, не подходит ваша выписка. Давайте справку о живности, маленькую такую бумажечку, что такой-то жив. Удалось эту справку получить из детской больницы, где он находился. И таким образом мы получили свидетельство о рождении.

Естественно в больницу нас не пускали. Несколько дней мы туда пытались прорваться. Сказали, нужно разрешение из опеки. Опека то работала, то не работала. Никакого разрешения нам не давала. И вот только на 4-й день, в четверг, когда они осмотрели помещение — мы туда поставили кроватку, и всё уже было замечательно — она написала разрешение о том, что можно госпитализировать меня. Свидетельство тоже у нас было уже на руках. Но в этот же день не удалось госпитализироваться, потому что врач очень захотел, чтобы флюорографию я сделала, я кормящая мать. Я пыталась объяснить: вы понимаете, кормящим матерям нельзя это делать, это вредно. Он нашёл какую-то брошюрку, которую мы вместе изучали. Я ему показывала пункты: вот смотрите до окончания лактации нельзя делать флюорографию, пункт такой-то. Он долго листал, нашёл другой пункт: всем матерям, не сделавшим флюорографию до беременности сразу после родов делается флюорография. Бесполезно было тыкать ему. Хоть я 15 бы пунктов этих нашла. Пришлось делать флюорографию.

— Они тебя госпитализировали. Это пятница была.
— Да, пятница. Лечащий врач сказала, что пока меня не было, ему сделали рентген, сделали УЗИ сердца и УЗИ головного мозга. 2 дня ему кололи антибиотики и свечки тоже 2 раза ставили. И «Мукалтин» давали.

Его принесли когда, он такой был бледненький. Весь в зелёнке. Я аж заплакала. Господи, такой вообще несчастный спал. У него сон какой-то мне показалось был нездоровый. По их мнению то он был здоровый, а на самом деле он весь лежал какой-то такой весь отяжелевший. Мне кажется из-за смесей этих.

Большую бутыль дают. Пришлось смесь эту немножечко выливать. Он сразу похудел. Стали медсёстры стоять надо мной, чтоб я его кормила обязательно смесью. Лекарство, конечно, давали. «Мукалтин» и ещё «Димедрол» пытались дать вместо антибиотиков. Я взяла, конечно, эту баночку, но пришлось вылить в раковину, так же как и «Мукалтины» все. Ещё допаивать его надо было водой, что, по моему мнению, тоже ни к чему совершенно. То есть воду я выпивала сама.

-lrnas.jpg В понедельник врач лечащая обещала выписать. Сказала, что придёт другая врач, посмотрит и выпишет меня. Пришла другая врач, посмотрела. Всё вроде бы нормально. Я говорю, хорошо, давайте нас быстрее выписывайте. Но нужно согласовать было с органами опеки. Она говорит, я сейчас позвоню в органы опеки. Потом приходит и говорит, только завтра вас выпишем, потому что органы опеки должны оформить все справки. Я, конечно, очень сильно расстроилась, позвонила своим друзьям. Они поехали в органы опеки и говорят, если нас не выпишете сегодня, то завтра к выписке придёт журналист, с камерами, будет шумиха, митинг. Вам это надо? Опека решила, что им это не надо. Поэтому через часик где-то мне принесли бумажечку, что я обязуюсь заботиться о ребёнке. Я её подписала и тогда опека выписала разрешение, что хорошо, отдаём ребёнка, что я осознаю всю ответственность за него и так далее.

Это потом уже поняла. Надо быть сильнее, когда приходят люди, начинают орать на тебя. Ты им вежливо отвечаешь. Надо быть действительно очень уверенным в своём праве и отпор им давать.

Заявление Прокурору г. Димитровграда.
Копии отправлены в Общественную палату РФ, в СМИ, в Комитет по правам человека, губернатору Ульяновской области.

Благодарим коллегию адвокатов «Защита».

Продолжение истории. Ответ прокуратуры, который Елена получила после нескольких запросов Общественой Палаты РФ.

Прокуратура Российской Федерации
Прокуратура Ульяновской области
Прокуратура г. Димитровграда

pismo.jpg

Содомовской Елене Валентиновне

Настоящим уведомляю Вас, что по Вашему обращению о противозаконных действиях сотрудников ОПДН МОБ УВД по МО «г. Димитровград», органов опеки и попечительства Администрации г. Димитровграда по изъятию Вашего новорожденного сына, прокуратурой г. Димитровграда проведена дополнительная проверка.

В ходе проведенной проверки установлено, что специалистами отдела опеки и попечительства управления образования Администрации г. Димитровграда и КДНиЗП при Администрации города были допущены нарушения требований федерального законодательства.

С целью устранения выявленных нарушений и привлечения виновных лиц к дисциплинарной ответственности прокурором города внесено в адрес Главы Администрации города представление.

С результатами рассмотрения представления Вы можете ознакомиться в прокуратуре г. Димитровграда после 27.11.2009

Старший помощник прокурора города С.М. Бизина



Если похожая ситуация случилась с вами или с вашими знакомыми, напишите или позвоните в МОО «МАМА»: info@domrebenok.ru, +7 985 767 99 36

Экокарта

Indulka, 11.02.2012

Какой ужас! Чем можно помочь?


Катерина Перхова, 11.02.2012

ссылка


akela, 11.02.2012

Хотелось бы по подробнее узнать что там С Лёвочкой? скорее всего он находиться в како


akela, 11.02.2012

Ой не то нажала…изменить запись нельзя хочу дописать… В общем по своему опыту могу сказать, что скорее всего ребенок находиться в какой-нибудь детской инфекционной больнице, т.к. рожали дома, с нами такое проделывали, по неопытности мы не знали как правильно поступить после родов дома, и вызвали скорую…ну да не об о мне речь и ребенка поместили в инфекционную больницу обычно одна такая для грудничков, поищите там, у вас все права забрать ребенка напишите расписку о том что вы предупреждены об уголовной ответственности за ребенка…и отдать должны, но могут быть такие вещи, что маму будут пугать психушкой, мол послеродовой синдром, мол мама не соображает что делает, так что возьми те с собой еще кого-нибудь…


Катерина Перхова, 11.02.2012

Вообще, просто кошмар


Indulka, 11.02.2012

как там с ребёнком?


solo, 11.02.2012

Ужас, совершенно ненормальная мать! Пусть дите болеет, худеет – главное не дать «ужасной смеси» и сиропа от кашля! Лучше худой и бледный, зато на «натуральном» ГВ!


Анна, 18.08.2015

Вы серьезно?!




← Назад к списку новостей