Как получить у покровительницы рожениц своего златогрудого птенчика

Василий Костырко
фольклорист, журналист, исследователь традиционной культуры якутов

Самым могущественным орудием, преображающим окружающую действительность, для человека во все времена было слово. в старину его авторитет питался верой в магию. И даже в наше время, когда наука, казалось бы, уже окончательно расколдовала мир, порой можно заметить удивительное сходство между бабушкиными сказками и новейшими трендами. Один из ярких примеров тому – заклинания и магические действия, С помощью которых якуты ещё в начале прошлого века побуждали своих богов даровать им здоровое и счастливое потомство.

В современной практической психологии очень популярно самовнушение и самопрограммирование. Одна из составляющих этих техник – создание в воображении образа желаемого результата. Так в наше время поступают многие, когда хотят найти хорошую работу или спутника жизни, создать счастливую семью.
В традиционных культурах во многих сферах деятельности, где человек мог потерпеть неудачу, было принято действовать тем же способом, однако картина достигнутой цели создавалась иначе – при помощи обрядовых действий и слов-заклинаний.

якутка и дети

Рисунки для  "Домашнего ребенка" нарисовала Катя Юшкеева


ГОСПОЖА ПОДАТЕЛЬНИЦА ДУШ
Среди якутских богов было особое существо, отвечавшее за успешное зачатие и благополучные роды – Айыысыт хотун, в переводе – «госпожа-создательница». Несмотря на имя, считалось, что сама Айыысыт не создаёт душу человека, а испрашивает её у верховного божества Юрюнг Айыы тойона и внедряет в темя мужчины, и уже оттуда душа во время зачатия душа переходит в чрево женщины.
В заклинаниях богиню описывали в образе «широко рассевшейся госпожи», в дохе из меха полосатого соболя, рысьей шапке, наколенниках из волчьего меха (1). Характеристики у Айыысыт в заклинаниях самые положительные: «создавшая создательница, воспитательница, обращающая к добру, хранительница, жалеющая-милующая». Столь же притягательной изображается в якутских заклинаниях и страна, а точнее, ярус небесного свода, откуда богиня спускается к людям. Живёт она «на месте с неблекнущей травой-осокой выше спины трёхтравного (т.е. трёхлетнего – В.К.) быка, на месте, где лужи из перебродившего кумыса, где нет ночи, и нежатся одними светлыми днями, где растянулось одно спокойное лето, и нуждаются в зиме, где осеннее солнце светло показывается, весеннее солнце всходит сиянием!» (2)
По большому счёту госпожа Айыысыт – это идеальный двойник женщины, которая хочет родить ребёнка: здоровая, благонравная мать богатого и счастливого семейства, то есть та, кем, по представлениям старинных якутов, должна хотеть стать всякая женщина.
Желая родить ребёнка, она должна была успешно договориться с госпожой-создательницей, а фактически – с лучшей частью себя самой. Здесь трудно не вспомнить метафору «частей», при помощи которой в теории нейролингвистического программирования (НЛП) обозначаются различные аспекты человеческой души(3), с той разницей, что якутская традиция предлагает куда более красочные и, главное, общезначимые образы. 
Договорённость с богиней не была для якутской женщины сугубо личным делом. Это была часть обряда, в котором, кроме будущей матери, принимало участие ещё довольно много людей.
В традиционной культуре почти никакая личная инициатива не могла увенчаться успехом без одобрения соседей и родственников – той общности, к которой принадлежал человек. На современный взгляд, такое вмешательство общества в частную жизнь может показаться чрезмерным. Однако по зрелом размышлении, трудно не заметить аналогии с некоторыми нашими современными «обычаями»: как ни крути, по наблюдениям многих специалистов, самая продуктивная психотерапия – групповая.

ПУТЕШЕСТВИЕ НА НЕБЕСА
Церемонию испрашивания души, а точнее, жизненной силы будущего ребёнка у богини-создательницы устраивали, если пара долго не могла зачать ребёнка. Разумеется, не обходилось без шамана. Он брал на себя роль главного посредника между богиней и людьми, служил выразителем общих нужд – описывал и изображал путешествие на небеса, в лицах разыгрывал диалог с госпожой-создательницей, которая говорила его устами.
Как и многие шаманские церемонии, этот обряд проводился в жилище при закрытых дверях, ночью, при свете углей очага. Рядом с очагом ставили стол и два стула, на которые в праздничных одеждах усаживались супруги, желающие иметь детей. 
На полу, по правую сторону от супружеской пары, садились специально отобранные шаманом чистые юноши, по левую – невинные девушки. Это делалось на тот случай, если супруги с точки зрения богини окажутся недостойными иметь детей: предполагалось, что Айыысыт могла сжалиться и дать душу ребёнка хотя бы ради этих юношей и девушек.
Все присутствующие на обряде, включая зрителей, должны были придать лицам ласковое и радостное выражение и всё время улыбаться. Муж и жена, а также сидящие с ними юноши и девушки, мазали себе лица топлёным маслом из деревянной чашки, стоящей на столе, рядом с изображением птиц, каковые и символизировали души будущих детей.(4) 
Заручившись поддержкой духов-хранителей местности и дома, шаман начинал своё путешествие к богине-создательнице. Прежде чем достичь желаемой цели, по сценарию обряда следовало исключить нежелательные варианты развития событий. Шаман упрашивал отстраниться и не мешать множество ложных создательниц, дающих детей с физическими недостатками или же таких, которые «возвращаются» (то есть умирают) на третий, седьмой или девятый день после родов. (5) 

муж-жена-птица.jpg

«ОКАЗЫВАЕТСЯ, ОНИ ЛАСКОВЫ!»
«Прибыв» к истинной госпоже-создательнице, шаман вставал перед ней на одно колено, бросал на землю бубен и, кланяясь, просил её предназначить несчастным супругам «одного из своих златогрудых птенчиков». Однако характер у богини был недоверчивый. С первого раза она не давала ничего и устами самого шамана возражала: «Наверное, имеете худой нрав, наверное, утрами и вечерами ваши окрики слишком пронзительны, наверное, плохо обращаетесь с детьми, полученными от меня! Если бы были такими же ласковыми и обходительными, как и я, вот тогда бы дала! Может быть, ваши местности нечистые, может быть, ваша земля имеет неровности, может быть, ваши леса состоят из сухих деревьев с надломленными верхушками?» Шаман, продолжая стоять с протянутой рукой, всячески старался убедить богиню в обратном и затем специальными жестами изображал, что получил-таки от госпожи-создательницы душу ребёнка. При этом от имени Айыысыт он продолжал наставления: «Вот этого моего ребёнка ты не вздумай ударять травинкой, не вздумай задевать талинкой (т.е. прутом), не вздумай говорить ему грубого слова, не вздумай показывать дурному глазу, не вздумай заставлять пролетать над ним чёрного ворона. Если, оберегая, как свой зрачок, хорошо воспитаешь, ребёнок твой умножит наслег и продолжит улус! (названия территориальных групп, на которые делился якутский народ – В.К.)»
Взяв по фигурке птицы, супруги с улыбкой передавали их шаману, который изображал жестами, как внедряет в них полученную от богини душу ребёнка. От имени богини он подводил итог: «Оказывается, они обходительны! Оказывается, они ласковы! Поэтому я, госпожа Айыысыт, отношусь к ним с лаской и предназначаю своего златогрудого птенчика!» (6)
Вещающий от имени божества или от себя лично, шаман обладал для тех, кого исцелял, таким авторитетом, что мог повелевать и приказывать напрямую, не прибегая к техникам косвенного внушения, подобным столь популярному в наше время НЛП. Тем не менее, ряд особенностей шаманской речи довольно сильно напоминает некоторые приёмы нейролингвистического программирования. Порой в его речи появлялись сравнения, связывающие абстрактные понятия с чувственным опытом тех, чья судьба должна была измениться под действием заклинания: «Пусть уродится счастье, подобное крепостью льду озера, выдерживающего человека; на этом дворе пусть уродится благо, подобное твёрдой земле!»(7) Речь шамана полна метафор. Сущности нематериальные в ней не просто превращаются в осязаемые вещи, но и претерпевают благотворные для будущей матери и её супруга трансформации, которые заклинатель, в свою очередь, связывает с желаемыми изменениями в их поведении: «Счастливой благополучной жизни толстая верёвочная скрепа, утончившись, как ремешки на женских натазниках (якутский аналог женского нижнего белья – В.К.), пусть освободит от того, что плотно сжимает нижнюю часть её живота! Пусть сладострастные ласки начнутся! Если вот так, не препираясь друг с другом, заживёте, то <…> в вашей постели у стенки нежный младенец через десять месяцев (речь идет о месяцах лунного календаря – В.К.) пусть будет спать!» (8) 
Нравоучения якутских шаманов с госпожой-создательницей во главе могут показаться наивными, а то и занудными, словно поучения бабушки, или, упаси Боже, свекрови. Однако, это не повод для того, чтобы относится к так называемой «народной мудрости» слишком высокомерно. Как сказал поэт, часто случается, что, обобщая довольно богатый жизненный опыт, мы лишь уясняем себе «точный смысл народной поговорки».
И хорошо, когда это случается не слишком поздно.

Полностью статью вы найдете в 12 номере журнала "Домашний ребенок"
А здесь вы можете оформить подписку на журнал! 

домашний ребенок

ЛИТЕРАТУРА

  1. Попов А.А. Культ богини Аисыт у якутов // Культура и письменность народов Востока. – Баку, кн.3, 1928. С. 124.
  2. Верхоянский сборник: Якутские сказки, песни, загадки и пословицы, а также русские сказки и песни, записанные И.А.Худяковым. – Иркутск, 1890. С. 197..
  3. Эта метафора используется в НЛП для описания различных аспектов души, ответственных за поведение. Они могут рассматриваться как субличности (динамические подструктуры личности, обладающие относительно независимым существованием – чаще всего семейные и профессиональные роли), ведущие «собственную жизнь». В частности, они могут иметь те или иные намерения и вступать друг с другом в конфликт.
  4. Там же. С. 128-130
  5. Попов А.А. Камлания шаманов бывшего Вилюйского округа. – Новосибирск, 2008. С. 75
  6. Попов А.А. Культ богини Аисыт у якутов. С. 131-132.
  7. Попов А.А. 2008, С. 85.
  8. Обрядовая поэзия Саха. – 2003, Новосибирск. С. 297

Paulina, 29.08.2013

Спасибо, очень интересно, оформила подписку!




← Назад к списку новостей