Глава V. Сексуальное здоровье

д.м.н., акушер-гинеколог, основатель Научно-исследовательского центра первичного здоровья (Primal Health Research Centre) в Лондоне (Великобритания)
сексуальное поведение
фото с обложки журнала Birthings

«Первичное здоровье. Проект нашего выживания»Глава из книги Мишеля Одена «Первичное здоровье. Проект нашего выживания» (Primal Health: A Blueprint for Survival  
Издательство: Century Лондон – Мельбурн – Оклэнд – Йоханесбург 
Книга была переведена на русский язык в 1987 году А. Зелинским. 
В настоящее время доступна в Интернете. Для вашего удобства размещаем ее на нашем сайте.


Здоровье – не единственная сила, побуждающая особь бороться за собственную жизнь. Движущие силы выживания имеют другие пути, чтобы проявлять себя. Потребность производить потомство – один из них. Необходимость обеспечения выживания вида выражается в сексуальной жизни и заботе о детях.

1. Выживание через производство потомства

Выживание через производство потомства требует нескольких условий. В первую очередь должно иметься взаимное тяготение с особью противоположного пола. Во-вторых, поведение и анатомия должны позволять возможность полового акта. Оплодотворение может произойти, только если половые клетки – сперма и яйца – развиваются до созревания. Требуется удовлетворение многих условий, прежде чем яйцо и сперма могут встретиться и слиться, включая состав спермы и шеечной слизи и действие гладкой мускулатуры матки и фаллопиевых труб. Затем матка должна быть способной к принятию яйца. В-третьих, гены отца и матери должны быть совместимыми, чтобы новый организм мог выжить.

Тело матери должно быть способным выносить этот росток в её утробе и обеспечивать благоприятные условия, так, чтобы плацента и плод могли достичь идеальной ступени зрелости.
Во время родов не должно быть необратимого дистресса для плода. После рождения ребёнка условия производства потомства остаются в силе, эти условия включают совместное пребывание матери и ребёнка и общее предохранительное поведение в отношении младенцев со стороны окружающих взрослых. Грудное вскармливание является последней стадией процесса производства потомства.

Когда вы перечисляете все эти условия и осознаёте невероятную сложность этого процесса, вы можете видеть, сколь много значит первичная приспособительная система в ходе половой жизни, можно также видеть, как различные эпизоды в половой жизни человека могут быть очень чувствительными к слабостям и разладам в первичной приспособительной системе.
Механизмы, которыми мы обладаем для выживания через производство потомства, гораздо более хрупкие, чем те, которые нужны для выживания особи. Согласно законам биологии, выживание особи имеет приоритет. В иерархии выживания половые функции идут ниже. Когда чья-то жизнь под угрозой, его сексуальное поведение подавляется, поэтому самосохранение может иметь приоритет над деторождением. Когда самка млекопитающего рожает, вид опасного животного испугает её и побудит выделять гормоны, такие, как адреналин. Этим будет прервано кровяное снабжение плаценты, и кровь будет брошена к мозгу и мышцам, с тем, чтобы животное могло бороться или быстро убежать. Но ценой выживания матери может оказаться смертельным дистресс плода. Именно через этот механизм страх любого вида разительно подавляет все стороны половой жизни человека. В обществе с таким многообразием путей нарушения утробной жизни, родов, взаимоотношений матери с младенцем и грудного вскармливания не стоит удивляться существованию проблем на различных стадиях половой жизни человека.

Сексуальные проблемы чрезвычайно многообразны в сегодняшнем обществе. Слабое половой влечение может быть главным симптомом умеренной депрессии. Людей в депрессии трудно соблазнить, они не берут на себя инициативы, не очень чувственны и имеют сложности с достижением состояния полового возбуждения. Другие половые сложности связаны больше с эмоциональной незрелостью. Некоторые люди испытывают трудности с образованием любого вида привязанности, но откуда проистекает эта способность к образованию привязанностей, к созданию связей с другими людьми? 

Другими словами, откуда приходит способность любить?

2. Привязанность

Только с конца 1950-х годов учёные начали задавать и искать ответы на такие вопросы. Всё началось с наблюдения животных, лучше всего известны гусята, изучавшиеся германским этологом Конрадом Лоренцом. Лоренц наблюдал, что гусята привязывались на всю остальную жизнь к первому животному, с которым они кон-тактировали после своего рождения. В самом деле, некоторые из гусят продолжали быть привязанными к самому Лоренцу на протяжении всей жизни. Именно Лоренц открыл понятие «впечатлительного периода» - критического периода, обстоятельства которого никогда не повторятся. С тех пор другие этологи изучали привя-занность у других птиц и некоторых млекопитающих, особенно коз и приматов.

Изучение возможной роли гормонов в материнском поведении начались, когда Теркел и Розенблатт ввели плазму от матерей-крыс либо самцам, либо небеременевшим крысам. Это имело действие включения материнского поведения у самцов и девственниц-крыс. Из подобных исследований стало возможным демонстрировать роль различных половых гормонов, в особенности положительное действие эстрогена и пролактина. Но некоторые факты нельзя было объяснить действием одних этих половых гормонов. Другие изучения показали, например, что то же самое материнское поведение могло быть вызвано у самцов и небеременных крыс, когда им предоставляли продолжительный контакт с новорожденными зверьками. Как можно было бы это объяснить?

Новая стадия в этой области исследований была достигнута с открытием гормонов мозга и всех химических веществ, объединённых под заголовком эндорфинов, многие из которых, по-видимому, играют роль в процессе бондинга (образование уз между матерью и ребёнком при тесном контакте непосредственно после родов – прим. перев.)
Но какие бы научные методы не применялись, были получены одни и те же заключения: имеется впечатлительный период, критический период, навсегда оставляющий свою печать.
Первый час после родов может оказаться таким впечатлительным периодом у людей. Есть достаточно свидетельств, заставляющих нас думать, что это должно быть так. Во-первых, и прежде всего, матери свидетельствуют это сами. На протяжении этого часа после родов мать находится в совершенно особом состоянии сознания, где она не обращает никакого внимания на происходящее вокруг неё – до тех пор, пока ничего не нарушает этот первый контакт с ребёнком и ничего не отравляет святую атмосферу. Это – часто лучшее время для первого сосания ребёнка.

Во-вторых, имеются физиологические соображения касательно того, почему первый час после родов мог бы быть впечатлительным периодом. Гормоны, выделявшиеся и матерью и ребёнком во время родов, ещё не выведены в этот первый час, они имеют основное значение для процесса привязанности. У матери и ребёнка ещё остаётся высокий уровень эндорфинов. Когда мы знаем, что опиаты (препараты опия) могут создавать привычки и зависимое поведение, легко понять, почему этот первый час после родов может играть такую важную роль в процессе привязывания. Только что родившая женщина находится в особенно чувствительном состоянии. Зная то, что мы устраиваем из процесса привязывания, не так трудно понять, почему она могла бы легко образовать привязанность к кому-то, находящемуся с ней во время этого первого часа после родов, как, например, врач, не простая случайность, что традиционная мудрость всегда исключала мужчин с места родов.

Эмоции, которые мы испытываем в повседневной жизни, предполагают выделение разнообразных гормонов, и это не гормоны, которые играют роль в процессе привязывания, особенно эндорфины. Мать и её новорожденный ребёнок наполнены этими эндорфинами сразу после родов до тех пор, пока ничего не нарушено. Это привязывание между матерью и ребёнком – существенный эпизод в жизни и служит в последствии образцом для всех других форм привязанности. Во время полового сношения партнёры находятся в тесном соприкосновении и в то же время имеют высокий уровень эндорфинов. Все привязанности, будь то к людям, животным или к вещам, не должны далеко отходить от этого первого образца «мать-ребёнок».
Однако мы не должны увлекаться представлением, что процесс привязывания между матерью и ребёнком представляют собой простой прилив гормонов на один короткий и впечатлительный период. Некоторые люди даже полагают, что гормоны, вовлечённые в процесс привязывания, такие, как АКТГ и вазопрессин, наряду с эндорфинами, уже выделялись ребёнком с ранних времён его утробной жизни, так что настоящее привязывание между матерью и ребёнком началось задолго до родов.

Расстояние между словом «привязанность» и словом «любовь» суммирует всю сложность человеческого феномена. Не очень-то уместно говорить о любви на языке физиологии. Разве наборы слов отражают пропасть между животным и человеческим мирами. Конечно, всегда будет трудно доказать важность периодов восприимчивости у людей, потому что затронуто так много факторов, таких, как культура, к которой человек принадлежит.

Однако, такие пионеры, как Маршалл Клаус и Джон Кеннел осмелились попытаться изучить восприимчивые периоды у человека, они знали, что обстоятельства взаимоотношений «мать-дитя» либо помогают, либо мешают, это имеет последствия для всей культуры.

3. Сексуальное поведение

Очерченный выше взгляд на процесс привязывания подсказывает существование сильной корреляции между ранними взаимоотношениями «мать-дитя» и половой жизнью взрослого. Тяжело разделять сложности привязывания, эмоциональную незрелость и тот вид сексуальных проблем, с которыми часто сталкиваются терапевты. Они представляются прежде всего как сложности в испытывании удовольствия.

Когда вы думаете о сексотерапии, вы думаете о мужской импотенции, преждевременной эякуляции, фригидности и всех проблемах, относящихся к оргазмовой неудовлетворённости. Но было бы полезным взглянуть на оргазмовую неудовлетворённость целиком по-иному. Оргазмическое состояние отличается изменением в уровне сознания, который служит физиологическим регулятором первичной приспособительной системы.

Физиологические изменения в уровне сознания вообще едва ли изучались, включая сон. Оргазм и роды едва ли затрагивались как области изучения с точки зрения уровней сознания, однако и те и другие имеют сильное влияние на первичную приспособительную систему. Недостаток интереса учёных к физиологии оргазма и родов находится в заметном противоречии с огромным интересом, который они выказывали к искусственно вызываемым состояниям сознания, через применение наркотиков, таким, как ЛСД, или таких техник, как гипноз или медитация.

Существует, конечно, много видов сексуального поведения, не ведущего к дверям терапевта. Такое поведение глубоко запечатлено в личности индивидуума. Имеется очень широкий спектр между исключительно гетеросексуальным и исключительно гомосексуальным поведением. Гомосексуальное поведение, не носящее общепринятого характера, мужское или женское, находили во всех цивилизациях, в каждом веке истории и даже среди всех видов млекопитающих, от мышей до обезьян. Что кажется особенностью нашего теперешнего общества, это частота исключительного или преобладающего гомосексуального поведения среди мужчин. Истоки гомосексуальности ещё не полностью понятны, но когда начинаешь заглядывать в неё глубоко, приходится обращаться к первичному периоду жизни.

Сейчас известно, что половая дифференциация мозга происходит в конце беременности или периоде около рождения. Именно с этого времени мозг становится либо мужским, либо женским. Следовательно, сексуальное поведение взрослых должно зависеть от событий, происходящих на этой стадии развития. Решающий период для половой дифференциации мозга может слегка изменяться от одного вида к другому, но всегда лежит в окрестности родов. Полагают, что когда новорожденный открывает глаза, этот период гормональной восприимчивости подходит к концу.

То, что мы знаем о гормональной картине у гомосексуалов, совершенно укладывается в гипотезу временной нехватки тестостерона в критическом периоде. У гомосексуалов, обычно тот же уровень полного тестостерона, что и у гетеросексуалов, но их уровень тестостерона, не связанного с другими химическими веществами (свободного тестостерона), ниже. Уровень гормонов гипофиза, которые управляют тестикулярными функциями, относительно высок, и то же с уровнем эстрогенов. Важно понимать, что если эту гормональную картину искусственно воспроизвести у взрослого, это не вызовет гомосексуального поведения. Когда плод сталкивается с недостатком тестостерона к концу беременности, он компенсирует это увеличением секреции из гормонов гипофиза. В то же самое время, как плод увеличивает уровень мужских гормонов, через механизм обратной связи он параллельно увеличивает уровень эстрогенов. В действительности эстроген увеличивает связывающую способность половых гормонов с белками, так что уровень свободного тестостерона понижается.

Это ставит вопрос: как и почему некоторым плодам недостаёт мужских гормонов в конце беременности? Ответом может быть то, что определённые стрессовые ситуации в это время могли создавать высокий уровень активности надпочечников матери, надпочечники освобождают мужские гормоны, чьё действие отличается от тестостерона, но которые достаточно подобны ему, чтобы конкурировать с тестостероном в мозгу ребёнка. Это производит действие, равносильное недостатку тестостерона.

Поскольку изменения в нервной и гормональной системе идут рука об руку с изменениями в иммунной системе в то время, когда все три системы ещё не достигли зрелости, это внушает мысль, что иммунная система гомосексуалов могла бы иметь некоторые особенности, такие, как особая восприимчивость к некоторым вирусам, которые в свою очередь ослабляют иммунную систему.

Когда мы рассматриваем сексуализацию мозга, мы также должны рассматривать, как мозг приобретает ритмы, присущие данному полу и личности индивидуума. Теперь также известно, что гормональные секции цикличны и даже пульсируют. Генератор ритма расположен в первичном мозге в определённых зонах гипоталамуса.

Лучше всего известным циклом является женский менструальный цикл. Секреция половых гормонов у женщин следует этому ритму; так яйцо имеет возможность освобождаться раз в месяц. В наше время в современном обществе проблемы оплодотворения, связанные с овуляцией, распространены и часто сочетаются с долгими, нерегулярными периодами или совсем отсутствующими. Лучшим способом избежать таких проблем было бы убедиться, что новорожденная девочка способна настроить ритм своего гипоталамуса в самом начале жизни. Это делало бы её более неуязвимой для будущих расстройств. Обеспечить это – значит увериться, что период её зависимости от матери не нарушается извне.

На деле все гормональные секреции являются пульсирующими и ритмичными. Сейчас известно, что целые группы нервных клеток, которые выделяют гормоны, переходят к действию каждый час или два, чтобы заказывать выделение прогестерона у женщин или тестостерона у мужчин. Каждый орган, участвующий в воспроизводстве, разделяет эту ритмическую активность. 

Поэтому матка освобождает простагландины пульсирующим образом, в гармонии с ритмом выделяемого гипофизарного окситоцина. Будущие поколения будут обладать умственными чертежами нейрогормональной машины, которые будут крайне отличаться от имевшихся у нас до сих пор. Концепция мозга, который находится в постоянном ритме и пульсации, даёт новое видение того, что древние называли «жизненной энергией».

Каждая стадия воспроизводства ставит всю первичную приспособительную систему перед испытанием. Беременность можно было бы, следовательно, рассматривать как нейрогормональное событие в иммунной системе. Как способна мать выносить эти привои? – сперва яйцо, а потом плод и плаценту? Это всё ещё остаётся тайной, хотя не абсолютной тайной, потому что мы знаем, например, что прогестерон, выделяемый на высоком уровне на протяжении беременности, угнетает иммунную систему. Иногда, конечно, эта таинственная терпимость не срабатывает. Вероятно, что некоторые проблемы с оплодотворением обусловлены иммунологической реакцией матери против спермы её партнёра. Антитела против спермы были найдены в крови и шеечной слизи.

Некоторые выкидыши можно было бы отнести к отторжению привоя. Некоторые состояния, затрагивающие иммунную систему, такие, как системная волчанка, делают беременность трудной или даже невозможной. Также известно, что некоторые заболевания новорожденных детей обусловлены действием материнских антител, например, определённые виды желтухи, где антитела матери действуют против красных кровяных клеток ребёнка, или краснуха (purpura), где антитела матери действуют против кровяных пластинок ребёнка.

Дефекты в совместимости между матерью и ребёнком служат только подкреплению биологической тайны, всё ещё окружающей беременность, и заставляют нас ещё лучше сознавать бесконечную сложность первичной приспособительной системы. Когда вы осознаёте, сколь мало известно об этой бесконечно сложной системе, вы проникаетесь ещё большим уважением к физиологии. Что нам следует делать – это помогать физиологии, не нарушая её, не запуская каскады побочных эффектов. К сожалению, медицинское ведомство захватило некоторые эпизоды половой жизни для себя и показало заметную тенденцию играть роль ученика чародея. Это медицинское отношение даёт типичный образец в области родов – ключевого события, имеющего много далеко идущих последствий.

4. Деторождение

Можно было бы сказать, что одержимость управлять характеризует область акушерства. Так было с тех пор, как мужчина вошёл в родильную палату в XVII столетии и создал основу современного акушерства. Это мужчина-медик ввёл в практику положение роженицы лёжа на спине, и это мужчина-медик основал акушерские училища. Акушерки больше не были матерями, помогающими другим матерям, благодаря своему личному опыту и специфической женской чувствительности. Вместо этого они стали профессионалами, которых учили, как управлять процессом родов. Доктора состязались друг с другом за контроль над подготовкой акушерок, пока семья Чемберленов в XVII и XVIII столетиях могла хранить тайну своих щипцов и доказывать превосходство своей техники, она держала монополию на подготовку акушерок. Эта тенденция ставить управление на первое место со временем всё более выказывалась. Сейчас, в эру электроники и ультразвука, медикализация родов закончена. Становится всё более очевидным, что нельзя управлять эпизодом половой жизни, не нарушая её.

По всему миру люди беспокоятся о росте числа кесаревых сечений и других акушерских вмешательств. В США доля кесаревых сечений увеличилась почти в четыре раза за последние 15 лет. Всё больше рождается детей, напичканных лекарствами, дававшимися матери во время родов. Число детей, которых отделяют от собственных матерей при родах и переносят в педиатрические отделения, достигло невероятных пропорций. Такие практики должны бы были стать главной заботой отрядов общественного здравоохранения.

В поисках ответов легко найти объяснения росту кесаревых сечений. Дистресс плода сейчас легче и чаще диагностируется, чем в прошлом; ягодичные предлежания чаще ведут к кесареву сечению; кесарево сечение предпочитается перед сложными щипцовыми родами; когда у женщины уже было кесарево сечение, редко предпринимается попытка последующих родов влагалищным путём. Для врача в производстве кесарева сечения имеются законные преимущества; в некоторых странах есть также финансовые преимущества; с недавних пор действует дополнительное оправдание генитального герпеса. Каждое из этих объяснений имеет определённое достоинство, но, возможно, они скрывают то, что существенно.

Существенно для понимания то, что сложности в родах идут во главе болезней цивилизации. В странах, где они достигают третьего поколения медикализированных родов, женщины всё менее способны родить сами, используя свои собственные гормоны. Некоторые из них утратили эту способность во время своего собственного рождения. Наблюдая тысячи женщин и выслушивая то, что они могли сказать, я пришёл к убеждению, что имеется корреляция между протеканием рождения младенца-девочки и тем, как она будет рожать своих собственных детей, но, разумеется, эта зависимость не столь проста, и нас не должны сбивать с толку корреляция и подобие. Никогда нельзя заранее быть уверенным, будут роды лёгкими или трудными. Тем не менее, когда женщина знает, что её мать принесла её в мир сама, без лекарств и без какого-либо медицинского вмешательства, она  имеет наилучший прогноз. Эти факторы важнее, чем возраст, размер её таза и так далее.

Зная то, что нам известно о важности простагландинов 1 и 2 в физиологическом процессе родов, можно почти предсказывать увеличение сложностей во время родов. Имбаланс между этими двумя простагландинами служит одним из главных звеньев между всеми болезнями цивилизации. Чтобы прекратить этот имбаланс, мы должны пересмотреть основы акушерства, нашей первой целью должно было бы быть помогать женщинам наилучшим образом использовать их собственный физиологический потенциал. Мы должны были бы открыто признать действительные потребности рожающей женщины. Ей нужна интимность – любое вмешательство в её уединённость тормозит роды, но с другой стороны – она не должна испытывать одиночества. Опытная и заботливая женщина – часто единственное лицо, которое может удовлетворить все эти явно несоразмерные нужды. Истинная акушерка – это мать, помогающая другим матерям рожать. В противоположность этому, мужское присутствие может препятствовать родам. Тепло, полумрак, тишина, слова, произносимые шёпотом – всё это усиливает интимность и непринуждённость и облегчает для женщины свободу выбора положения.

Роды являются чрезвычайным событием для первичной приспособительной системы. В течение родов именно первичный мозг регулирует гормональные выделения, идущие из нового мозга – это ослаблять торможения, идущие из нового мозга, из неокортекса. Прежде всего физиологические роды – это изменение состояния сознания, ослабление активности высшего мозга.

Гормоны, играющие роль в родах, работают не только на протяжении всего события, близости или грудном вскармливании. Мы всегда обнаруживаем, что гормон адреналин тормозит процесс, тогда как такие гормоны, как окситоцин и эндорфин побуждают процесс. Вообще говоря, мы можем теперь утверждать, что способность испытывать удовольствие и способность совладать с болью – обе эти способности запускают в ход одну и ту же физиологическую систему. Из современной физиологии мы можем видеть, что сексуальная жизнь – есть одно целое. Нельзя продолжать создавать массивные помехи в деторождении и грудном вскармливании без изменения сексуальной жизни и способности любить во всём обществе.

5. Грудное вскармливание

Непрерывность физиологических явлений беременности, родов и грудного вскармливания превосходно иллюстрирует единство половой жизни, так же как единство первичной приспособительной системы. Например, во время беременности функция Т-лимфоцитов угнетается; возможно, из-за высокого уровня гормонов, таких, как прогестерон. Это служит объяснением, как может мать выносить созревающий плод, равносильный прививке. Во время критического периода родов гормоны стресса, такие, как катехоламины, кортизол и эндорфины, имеют тенденцию усиливать это угнетение иммунной системы. Эти гормоны подготовят организм уже к последующим событиям.

Определённые эндорфины облегчают секреции гормона пролактина, что завершает созревание лёгких ребёнка. Впоследствии, на протяжении долгого периода грудного вскармливания пролактин помогает мобил-зации жирной кислоты, служащей предшественником простагландина 1. Это способ вновь заставить Т-лимфоциты работать и вернуть иммунной системе её прежнюю силу.

Кормление грудью само по себе является формой предохранительной медицины. Для новорожденного ребёнка то, как его вскармливают, можно рассматривать в качестве краеугольного камня первичного здоровья. К несчастью, в нашем обществе, даже если женщина чувствует потребность и решает вскармливать грудью, она сталкивается с рядом препятствий. Начало грудного вскармливания часто нарушается, потому что сами роды нарушались. В наши дни немногие женщины рожают, опираясь на собственные гормоны. А в обстановке наших современных учреждений многие матери и дети не могут получать удовлетворения своей потребности в полной интимности и телесном контакте в течение первых дней после родов. Выполнение этих потребностей служит ключом к удачному началу грудного вскармливания. Потом современная женщина, возвращаясь в лоно нуклеарной семьи, должна подчиняться ритмам, отличным от ритмов её ребёнка. Телефон, лёгкость перемещения в пространстве и возврат на работу – всё является источником беспокойства.

Когда что-то не ладится с грудным кормлением, нормальное побуждение заключается в вызове доктора. Но большинство докторов не интересуются такого рода вещами и не знают, что делать. Поэтому вызов доктора часто означает конец грудного вскармливания. Число консультантов по грудному вскармливанию, кто мог бы предоставить помощь кормящей матери, всё ещё очень невелико. Но, прежде всего, многие женщины имеют сложности в грудном вскармливании, потому что сами они не были хорошо вскормлены грудью. Опыт показывает, что, сама получая грудь, девочка-младенец начинает учиться кормить грудью своих будущих детей.

То же самое с родами. Женщины, рожавшие в 80-е годы, сами родились в то время, когда господствовало искусственное вскармливание; в то время, когда было принято говорить матери, чтобы она не прививала ребёнку дурных привычек, не баловала его, оставляла его кричать. Они также рождались в обществе с преобладанием мужчин, где мужское было образцом. Такое общество не придавало цены чему-либо, служащему охране женщин и матерей.

Сегодня имеется новый подъём в грудном вскармливании, но при появлении любого затруднения женщину усиленно соблазняют не продолжать кормления. Искусственное молоко теперь, как говорят, «очеловечено», но это может приводить к опасным заблуждениям. Никакое искусственное молоко никогда не сможет заменить молоко матери. Человеческое грудное молоко можно рассматривать как живую ткань, содержащую миллионы белых кровяных клеток, которые могут убивать бактерии; энзимы, которые помогают усвоению; антитела; предохранительные бактерии, рождение не просто означает переход в атмосферу, знакомство с гравитацией и вступление в человеческое общество. Оно также означает первую встречу с миром бактерий. При рождении пищеварительный тракт ребёнка стерилен. В следующие двадцать четыре часа, независимо от принятых предосторожностей, он заселяется пятью миллиардами живых бактерий на грамм! Некоторые разновидности бактерий, обосновавшись вполне в пищеварительном тракте, защищают хозяина против других опасных бактерий. Сопротивляемость ребёнка к инфекционным заболеваниям зависит от присутствия некоторых предохраняющих бактерий в его пищеварительном тракте. Человеческое грудное молоко имеет власть разобраться, какие бактерии будут предохраняющими, и помогать им расти.
 
Преобладающая флора младенца на грудном вскармливании состоит из «лактобациллус бифидус», что сочетается с низким уровнем колибацилл. Даже если «фактор бифидуса» добавлен к очеловеченному молоку, равновесие кишечной флоры будет всё же смещено в сторону колибацилл, что понижает кислотный баланс и делает ребёнка более уязвимым к определённым патогенным бактериям.

Кишечная флора с самого начала может быть нарушена антибиотиками, дававшимися либо матери, либо ребёнку. Все эти нарушения необратимы и могут иметь долговременное действие на то, как человек сможет справляться с нападениями бактерий. Обсуждение пути заселения кишечника бактериями напоминает нам о далеко простирающейся важности первичного периода – околородового периода. Также является причиной для сожаления, что большинство детей вынуждено получать свои первые переживания в обстановке, крайне отличной от того, что будет представлять семейное окружение. Другими словами, нам жаль, что большинство детей рождается в больницах, где подобравшиеся микробы особенно опасны. Время первой встречи ребёнка с миром бактерий в точности соответствует тому, что называют впечатлительным периодом, критическим периодом, короткому промежутку, который никогда не повториться и последствия которого неограниченно долговременны.

На мой взгляд, хорошее здоровье – почти синоним с хорошей иммунной системой. В происхождении хорошего здоровья одной из существенных функций грудного вскармливания является функция служить мостом через расщелину между временем, когда материнские антитела даются плоду плацентой, и временем, когда иммунная система ребёнка становится полностью зрелой и автономной. Человеческое грудное молоко имеет в себе различные типы антител, но наиболее важны секреторные антитела под общим названием IGA. IGA покрывают стенки кишечника ребёнка и защищают от любого вида посягательства со стороны патогенных микробов и любого вида проникновения больших молекул, к которым ребёнок может стать постоянно чувствительным. Эти антитела разняться от одной матери к другой, от одного младенца к другому и даже от одного кормления к другому. Крайне индивидуальное качество антител лучше всего видно, когда у ребёнка инфекция. Ребёнок сообщает эту инфекцию матери во время сосания. Грудь отвечает производством соответствующих антител. Таким образом мать и дитя разделяют своего рода взаимную предохранительную систему. Как живая ткань человеческое грудное молоко также содержит катализаторы – энзимы, которые помогают усвоению жиров после смешивания с желчью.

Каким бы изощрённым не было бы искусственное молоко, оно не может обеспечивать основные питательные вещества таким образом, как человеческое грудное молоко. Как пример, только человеческое грудное молоко содержит знаменитую ГЛК, прямой предшественник простагландинов 1, осознав ключевую роль в созревании огромного человеческого мозга, можно видеть, что это особенное качество человеческого молока заслуживает особого внимания. Следует всегда помнить, что человеческий мозг вырастает от около 450 см3 до 1000 см3 за первый год жизни и что мозгу требуются особенно специфические жировые материалы для оптимального развития. С этой точки зрения так называемые «заменители молока» не могут удовлетворить все потребности человеческого дитя. Они не содержат – или содержат мало – наиболее важных жирных кислот для строительства человеческого мозга (ареахидоновой и доказагексеновой кислот).

6. Заключение

Незаменимые качества человеческого молока означают, что часто встречаемые сложности в грудном вскармливании следует рассматривать как главную причину для беспокойства всех заинтересованных в здравоохранении. Сложности в грудном вскармливании, точно так же, как сложности в родах и сексуальные сложности, являются болезнями цивилизации. И каждая в свою очередь создаёт болезни.

Любовь, сексуальность, здоровье – вот слова, которые только наш западный аналитический ум может считать отдельными предметами.



← Назад к списку новостей