Где больше не бродит жираф

Редактор, журналист, писатель, путешественница. Живёт в Санкт-Петербурге. Пишет философские сказки для детей и не только.
2011 zhirafi 1bl.jpg 

Да, мы живем в тяжелые времена, гибнут люди, и дети, и вообще, мы на волоске от планетарной катастрофы, если посмотреть на общую картину твердо и трезво.

Но сегодня мы все еще живем в прекрасном мире на живой планете. Где есть такие невообразимые чудеса как голубое небо, зеленые деревья, поющие птицы и разные большие и маленькие звери — такие совершенные и неповторимые, что дух замирает — заглянем мы в бездну морей, чащу лесов, желтые пески пустынь.

И в этом невообразимо ярком мире живет человек, который по совершенной дурости и ограниченности притулился к этому миру не тем боком — стал технократом и возомнил себя венцом природы. И мало того, что из несущественных для мирозданья принципов уничтожает себе подобных, но уничтожает и то, что является залогом его собственной жизни. Те самые чистые небеса, дышащие деревья, гордых зверей и юрких рыбок в глубинах. Ведь каждое явление природы, живое существо, узор на шкуре зверя — это оставленный нам на планете какой-то знак, расшифровать который нам не приходит в голову. А, не исключено, что именно в этом знаке — пойми мы его смысл — и заложено наше спасение.

Казалось бы, уже даже собственно человеческим инструментом, наукой, доказано, что планета, галактики, вселенная — все это не слова, а реальность, и мы часть огромного целого. Но познать это целое с помощью телескопов или самого сверхмощного коллайдера не получится. Мы провалили экзамен — маленькие серые букашки, которых легко можно заменить роботами, потому что и те и другие ошеломляюще многогранному миру способны предъявить только тупую механистичность рациональности.

Вот какие мысли вызвало у меня убийство жирафа Мариуса. Эти, не помнящие всеобщего родства, попользовали живое существо как вещь-игрушку: сначала называли по имени, кормили с рук, а потом, доверившееся, тупо убили. Содрали шкуру — пригодится; публично расчленили еще теплую плоть — показали печень и сердце для общего образования. И чтоб уж совсем ничего не пропало, накормили мясом Мариса собратьев по гетто-зверинцу.

В больших городах в таких гетто заперты свободные, гордые существа, которыми одарили Землю. Мы даже не знаем, кто одарил. Можно догадаться только об одном: когда этот даритель обратит к нам свое лицо — мало не покажется серым букашкам. Потому что каждое наше деянье порождает где-то в глубинах мирозданья ответ. Убить доверившегося тебе, которого ты нарек именем, — гнусно и непростительно. Убить прекрасное ради рационального — гнусно и непростительно.

Очень черные февральские дни получились. Все многочисленные разговоры и дискуссии вокруг убийства Мариуса — жалкое оправдание людей друг перед другом, слушать их так же стыдно и мучительно, как и факты самого акта убийства. Любые зверства на земле становились раньше возможными и будут возможны в будущем, потому что человек вычел себя из миропорядка, возомнив себя конечной целью существования вселенной. А он всего лишь одно из звеньев — самое слабое звено. Мне стыдно, больно, горько, страшно. Разве такие чувства должны переживать мы на нашей прекрасной планете, пока она еще жива?

Господи, сохрани детей, зверей и поэтов, которые видят нашу планету такой, какой она задумывалась!

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далеко, далеко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.

Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Я знаю, что много чудесного видит земля,
Когда на закате он прячется в мраморный грот.
(стихотворение Гумилева)

  Вот что убили на Земле, в стране, которая у меня ассоциировалась до этого с философом принцем датским Гамлетом и со сказочником Андерсеном.





← Назад к списку новостей