«Аня, обними лодку», или На работу с ребенком

Домашний Ребёнок
Для авторов журнала дом – это маленькая Вселенная, символ независимости, творческой свободы, самосовершенствования и простого человеческого счастья.

Аня Кармакова, актриса театра и кино, рождение ребенка не помешало ей уже через месяц принять участие в съёмках международного короткометражного фильма «Рыба Моя» режиссера Таи Зубовой.

Актриса пришла на кастинг, когда была на девятом месяце беременности, и вся съёмочная группа, едва увидев Аню, сразу влюбилась в её талант и обаяние. После интенсивных съёмок в Крыму, на которые Аня приехала с новорождённым Платошей и мужем, известным актером Валерием Панковым (сериалы «Скорая помощь», «Ангел или Демон», «Бальзаковский возраст») смогла дать нам интервью о том, как совмещать сложные съёмки и заботу о семье.
Началось всё со звонка режиссёра Таи: 
— Я звоню Вам, потому что у меня есть задумка короткометражного фильма «Рыба Моя». Хочу попробовать вас на главную роль. Давайте встретимся. 
А я говорю: 
— А вы знаете — я беременна, на девятом месяце, и, наверное, вам это не подойдёт. 
— А я знаю, — говорит Тая, — что вы беременны, и это очень даже хорошо. Я Вас всё равно приглашаю. 
Мы встретились, попробовали и Тая тогда сказала: 
— Наверное, ты подходишь. Как, ты согласна? У нас будут съёмки в Москве и в Крыму. 
И не зная еще материнства и вообще ничего, я сказала: 
— Не знаю, там поглядим, но вообще я согласна.
Потом я вернулась домой, и мой муж Валера говорит: 
— Ты хоть соображаешь, как мы можем поехать в Крым, ты что? У нас же будет маленький ребёнок. Где мы там жить будем? 
— В палатках, — отвечаю я. 
Валера мне: 
— А где мы его будем мыть, ты что? Везде солнце, песок, жара... а вдруг будет холодно?! 
Я отвечаю: 
— Ну, не знаю, может быть, справимся как-нибудь. 
Мы ещё не успели всё решить точно, как я родила Платона. Я чувствовала после родов какую-то усталость, начались бессонные ночи. В том сложном эмоциональном состоянии, когда ещё всё было так трепетно и оголено, я подумала: «Нет, наверное, всё-таки мы не будем сниматься. Наверное, стоит заняться ребёнком, побыть, как все, дома первый месяц, никого не подпускать, а то заразы кругом полно. Нет... Какой Крым, какие палатки?!»     
 
1.jpg
Аня и Валера

Я позвонила и сказала Тае: 
— Нет, наверное, Тая, у нас ничего не получится... 
— Как не получится? — послышался Таин такой безнадежный голос. Тогда я поняла, что сейчас я подвожу человека... Нет, так нельзя, должен же быть какой-то выход. И помню, мы потом встретились все вместе с продюсером, Таей и моим мужем. И на встрече, чего никто не ожидал, Валера говорит: 
— Ань, успокойся, да справимся мы! Поедем, отдохнём. Это же хорошо — не сидеть дома. Он у нас должен быть подвижным живым пацаном. 
Когда уже всё решилось, я позвонила сестре нашего продюсера, у которой трое детей и спросила: 
— Маша, как лучше с ребёнком устроить быт в экспедиции? 
И она мне сказала важную вещь: 
— У тебя есть грудь, у тебя есть слинг и всё. Для малышка главное, что ты рядом. Если он почувствует какое-то волнение или суету во вне, то он все проспит. 
Так и случилось. Мы собрались с Валерой, обмотали вокруг меня и Платоши слинг, сели в самолёт и полетели. В возрасте одного месяца ребёнок легко перенёс полёт в Крым. 

2.jpg 
Аня Кармакова и Платон. На работе

Мы приехали, поселились в отеле. Вся группа жила в палаточном городке на берегу моря, и когда мы приехали на первую репетицию, Тая говорит: 
— Аня, сегодня самая сложная сцена. 
Мы отрепетировали, Платончик остался вместе с Валерой спать, а мы ушли на съёмку. Была первая ночная смена. Холодно, я бегу по воде, страшно немного — не видно же ничего. Передо мной камера плывет, и я на такой высокой эмоциональной ноте играю сцену.

preview-zastavka.Still006.jpg

В какой-то момент я начала жутко мерзнуть. Но, так как я первый день на рабочем месте, я не должна была показывать, что мне холодно. Между дублями на берегу девчонки из съемочной группы оборачивали нас всеми возможными одеялами, полотенцами, в спальный мешок нас с актером кутали, чтобы хоть как-то согреть. Я помню дубль за дублем, дубль за дублем, и я ободрала все коленки. Там было мелководье, камушки и битый маленький ракушечник. И это было ужасно, так как мы там на четвереньках играли. Помню, ударила сильно ногу, у меня потом синяк был и вся в порезах: и локоть, и колени, — потому что мы кувыркались в воде, крутились. А между дублями выходили на берег, нас согревали водкой, растирали ей все мои порезы, ссадины на ногах — становилось заметно теплее. 

Рыба моя

В 5 утра начинались съёмки. Платоша с Валерой спали в машине, для них ещё была ночь. Мы переоделись с актёром в лёгкие наряды, при этом вся группа была в кофтах, жилетках и куртках. Тая говорит: 
— Аня, давай, зайди в штормовую воду, покувыркайся в песке, растрепись! 
Мы, значит, искали нужное для сцены состояние, правду искали. 
— Обними лодку, ещё покувыркайся, что с тобой? Ещё побегай, твоя спина не играет, — кричала мне Тая. — Ну, давай, ещё раз вспомним все обстоятельства. Мы вспоминали, и всё равно что-то было не так. 

актеры замерзли их растерли водкой

— Аня, обними лодку! — кричала ещё громче мне Тая. 
Я, значит, обнимала эту полусдувшуюся лодку, передо мной было бушующее море, жутко холодно, вся грязная, с головы до ног в песке. И вдруг по рации кто-то: 
— Надо маму, надо маму, срочно вызывают маму! 
И я вскакиваю, в чём я была, бегу, залезаю в машину вся в песке, и помню, тут Валерка мне: 
— Ты как собираешься кормить ребёнка? 
Я тихо: 
— Да, нормально, сейчас всё нормально. 
Он: 
— Давай я тебе хоть воды принесу, обмой хоть грудь. 
Я беру бедного Платошу на ручки, открываю грудь, обмываю, даю Платончику. На него, естественно, всё сыплется. Стараюсь не двигаться. 
— Что ты делаешь? Ты всю машину изгадишь. Все я не могу! — в сердцах сказал Валера, хлопнул дверью и ушёл. 
А я что — я кормлю, спокойно, не двигаясь, чтобы песок поменьше сыпался на  малыша. Помню, он был в ритузиках и припорошенный песочком. А потом что, — а потом сказали, что последний дубль был удачным, мы всё сняли, и я пошла переодеваться. А Валера, да ничего, Господи, — осмыслил. 

как снималась рыба моя

Если бы, конечно, у него была грудь, всё было бы гораздо легче, но у него её не было. Я не решилась взять с собой молокоотсос, потому что думала, что в первый месяц не хорошо давать ребёнку молоко из бутылочки, лучше покормлю из груди, лучше побегаю — вот и побегала...      
Потом, когда мы разговаривали обо всём этом с Валерой, он мне сказал такую вещь: 
— Ты понимаешь, какие мы теперь будем сильные, пройдя эту школу жизни? Теперь нам ничего не страшно, мы можем ехать куда угодно, играть в театре, в кино... Нам теперь море по колено! 
После этого у меня от сердца отлегло. Это была настоящая семейная поддержка. Я считаю, что и для Платоши это было не вредно, а очень даже полезно: не сидеть дома, не замыкаться. Сейчас у нас растёт подвижный, здоровый мальчишка Платон. 

Рыба моя - так мы и работали! 
Актер Валера Панков нянчит своего сына

Сейчас Аня продолжает радовать зрителей своими актёрскими работами в театре им. Пушкина. А фильм «Рыба Моя» находится на стадии завершения, и для его окончания группа ищет финансовую поддержку от зрителей. Вы можете помочь фильму, и за это получить: приглашение на интересные детские и взрослые мастер-классы по рисованию и лепке, реквизит со съёмок или приглашения на закрытый показ фильма. 

Аня кармакова рассказывает о том как она работала на съемочной площадке 
Аня и Платон

20130614_bogomaz.ru_077_FXB0446.jpg 

Кадр из фильма и потрясающая история о том как замерзли актеры прямо на берегу 
Кадр из фильма «Рыба моя»



← Назад к списку новостей